2025 Том 16 №1

Настоящая работа представляет собой результат методологической рефлексии, связанной с осмыслением более чем двухсотлетнего опыта, накопленного с момента секуляризации языкознания, и формированием обоснованного прогноза относительно ближайшего и среднесрочного развития лингвистической науки. Развитие лингвисти­ки определяется динамикой парадигм. В понимании последнего термина автор следу­ет традиции, заложенной Т. Куном, с учетом нюансов ее переноса на лингвистическую почву, выявленных академиком Ю. С. Степановым. Парадигма образует глубинную методологическую рамку, которая оказывает непосредственное влияние на цели, пред­мет и методы исследований. При этом смена парадигм отражает развитие и преем­ственность лингвистического знания. Движущей силой развития языкознания вы­ступает конкурентная борьба идей антропоцентризма и системоцентризма. Для объяснения механизма парадигмальной цикличности автор обращается к понятию жизненного цикла парадигмы. В статье демонстрируются признаки «старения» ак­туальной антропоцентрической парадигмы. Современная лингвистика стоит на по­роге нового методологического поиска. В актуальный момент складываются предпо­сылки для методологических трансформаций, результатом которых может стать создание интегральной (универсальной) парадигмы исследований, способной обеспечить полное и адекватное постижение языка. Неоструктурализм рассматривается как вариант реализации интегральной парадигмы, как лингвистическая платформа, обес­печивающая возврат к фундаментальным позициям системоцентризма при сохране­нии наиболее продуктивных идей антропоцентризма. К исследовательским принци­пам неоструктурализма относятся: холизм, таксономичность (ориентация на так­сонометрию), семиотичность (ориентация на семиотическую природу языка), много­мерность, функционализм и текстоцентризм.

Создание и функционирование глобальной информационной среды наряду с повы­шением ско­рости распространения информации благодаря развитию информацион­ных техноло­гий становится серьезным вызовом современного общества, приводя к чрезмерной ко­гнитивной нагрузке, что ослабляет способность к критическому вос­приятию инфор­мации и анализу получаемых данных. В статье рассмотрены концеп­туальные процес­сы, лежащие в основе манипулятивного воздействия, реализуемого в медиадискурсе. Концептуальный анализ, проведенный на материале современного ан­глийского языка с использованием корпуса текстов News on the Web, позволил выде­лить и описать ключевые типы концептуального проецирования, которые формиру­ют основу мани­пулятивного акта. Когнитивные процессы аналогии, метафоризации и эмоционали­зации, профилирования, атрибуции, фрейминга, скриптизации, а также их много­численные комбинации представляют собой основу манипуляции, реализуе­мой в текстах современных англоязычных СМИ. Данные процессы характеризуются дина­мичностью и полидоменностью, что усложняет их идентификацию и анализ. Дина­мический характер концептуального проецирования обусловлен закономерностя­ми функционирования концептуальной системы экспериенсера — постоянным вос­прия­тием сенсорных данных, их обработкой на доконцептуальном, концептуальном и ка­тегориальном уровне. Полидоменное проецирование позволяет агенсу манипуляции создавать многослойные концептуальные нарративы, воздействующие на различные уровни восприятия и интерпретации информации, усложняя распознавание манипу­лятивного воздействия. Исследование концептуального проецирования в контексте манипуляции приобретает особое значение в условиях функционирования глобальной информационной среды, где СМИ становятся основным каналом распространения новостей и мнений. Понимание когнитивных и лингвистических аспектов этого про­цесса важно для разработки стратегий противодействия манипуляций. Проведенное исследование способствует углубленному анализу механизмов манипулятивного воз­действия разных типов и предлагает новые подходы к изучению механизмов их влия­ния на сознание коллективного и индивидуального экспериенсера.

Рассмотрены особенности семантической адаптации заимствований разных ти­пов в русском языке. Актуальность работы связана с недостаточной изученностью заимствований с семантической точки зрения. Проблема исследования заключается в том, что большое количество заимствований, появившихся в русском языке, вызыва­ет неоднозначную общественную реакцию и создает впечатление перегруженности языка. В статье классифицированы заимствования и определены причины этого про­цесса. Гипотеза исследования заключается в том, что семантическая адаптация за­имствований определяется логической и нелогической категоризацией. Логическая категоризация приводит к тому, что новое заимствование оказывается встроено в семантическую сеть с помощью иерархических связей и семантических различий. Не­логическая категоризация связана с выражением эмоций и отношения говорящего к сообщаемому. В работе используются психолингвистические и корпусные методы. В психолингвистическом эксперименте на толкование новых заимствований приняли участие 106 испытуемых, которые объяснили значения предъявляемых заимствова­ний. Также использованы данные Национального корпуса русского языка и словарей рус­ского языка, публикации СМИ, статистика системы «Яндекс».

В ходе анализа материала изучены механизмы формирования логической и нелоги­ческой категоризации. Логическая категоризация создает семантические иерархиче­ские связи заимствований, нелогическая категоризация — эмоционально-оценочное отношение. Представлена типология заимствований, различающаяся характером формирования семантических связей: 1) заимствования, которые обозначают новые явления действительности; 2) заимствования, заменяющие словосочетания; 3) заим­ствования-дублеты. Логическая категоризация свойственна заимствованиям первой и второй групп, а нелогическая категоризация характерна для заимствований третьей группы.

Представлены результаты сравнительного анализа частоты употребления при­лагательных цвета в русских рассказах начала XX и XXI веков. Исследование базирует­ся на выборке из Корпуса русского рассказа 1900—1930, частотных словарях рассказов отдельных авторов (И. А. Бунина, А. И. Куприна, А. П. Чехова и Л. Н. Андреева), а также материалах Национального корпуса русского языка (НКРЯ). В качестве пара­метров сравнения используются статистические метрики: относительная частота встречаемости (ipm) и ранговое распределение. Объектом исследования являются наиболее частотные прилагательные цвета. Сопоставление осуществляется в не­скольких направлениях, связанных с творческой индивидуальностью автора, влиянием исторического контекста и спецификой формы художественного произведения.

В результате исследования обнаружено, что индивидуально-авторская вариатив­ность в использовании цветообозначений достаточно высока по обоим статистиче­ским параметрам. Эти различия, однако, полностью нивелируются в выборке из Кор­пуса русского рассказа, включающей произведения нескольких сотен писателей. Дра­матичные события начала XX века не сказались на внутригрупповом ранговом рас­пределении прилагательных, но привели к существенному росту параметра ipm. Пред­ло­жено объяснение этому феномену, основанное на результатах предшествующе­го ис­следования. Анализ современных произведений базируется на выборке из НКРЯ, вклю­ча­ющей рассказы, написанные в 2000—2023 годах. При сравнении выборок выявле­но, что наиболее частотные прилагательные цвета спустя столетие сохранили свои по­зи­ции во внутригрупповом ранговом распределении. Параметр ipm за редким ис­клю­чением демонстрирует существенное снижение. В связи с этим выдвинута гипо­теза, аналогичная той, что ранее объясняла рост ipm в 1900—1930 годах. Дополни­тельное сопоставление, предпринятое на материале рассказов и поэзии И. А. Бунина, свиде­тель­ствует о влиянии формы художественного произведения на статистику исполь­зования прилагательных цвета.

Проанализированы гибридные жанры как особая разновидность текстовой гибри­дизации и гетерогенности. Рассмотрены тексты, которые в своей структуре, в со­держательном наполнении, по форме обнаруживают признаки двух и более текстовых жанров, при этом сохраняют узнаваемую жанровую принадлежность. Проявлением подобной жанровой гибридизации можно считать рекламный текст, который может быть построен как чат в Интернете, повседневный разговор друзей, рецепт, энцикло­педическая статья и сохраняет функциональное назначение рекламного текста по продвижению товара, услуги, социально значимой акции. Материалом для анализа стали тексты коммерческой и социальной рекламы в российском дискурсе. Анализ основывается на понимании рекламной коммуникации как персуазивной коммуника­ции, доминирующей функцией которой является воздействующая. Персуазивная ин­тенция текста реализуется через выбор языковых и неязыковых средств, семантика которых позволяет воздействовать на адресата, его мнения, оценки, изменять и направлять поведение адресата. Теоретические основания анализа определены с пози­ции лингвистики текста, типологии текста, теории речевых жанров, теории речево­го воздействия. Определены ключевые тенденции в изучении жанров текста и терми­нологический аппарат, используемый для описания текстовой гибридности. Показано, что гибридизация жанра становится инструментом в коммуникативно-речевой стратегии субъекта речи, которая позволяет осуществить воздействие на адресата, сформировать его оценки и побудить к совершению посткоммуникативных действий.

Рассмотрено отрицание смерти как важнейшая составляющая концепта ‘denial of grief’. Цель работы состоит в изучении особенностей актуализации отрицания смер­ти в сфере комического дискурса. Материалом исследования послужили скрипты и записи 50 стендап-концертов и 20 комедийных фильмов. Актуальность работы опре­деляется увеличением в последние годы количества комических работ, в которых ак­туализируется тема смерти, а также недостаточным освещением в научных иссле­дованиях ценностных характеристик и комической объективации концепта «смерть». В ходе работы выявлено, что отрицание смерти выражается через прояв­ление хитро­сти, трусости и веры. В комическом дискурсе хитрость предполагает намерение об­мануть смерть посредством такого этического антиценностного реше­ния, как обре­тение вечной жизни. Бессмертие приобретается либо с помощью волшеб­ных снадобий и ритуалов, либо необъяснимым случайным образом. Отмечается, что случайно при­обретенное бессмертие обычно тягостно для персонажа и приводит к попыткам изба­виться от него. В комическом дискурсе вера через интерпретацию смерти в качестве промежуточного этапа зачастую получает отрицательную оцен­ку. Так, высмеивает­ся либо сама возможность загробной жизни, либо вера людей в пер­спективу рая для них самих или их родственников. В случае актуализации трусости через бегство от смерти единственным популярным комическим сюжетом стано­вится придание по­койному сходства с живым с целью выдать мертвого за живого.

Рассмотрена эволюция иероглифа через призму закона семиотического ослабления. Иероглифика формирует уникальное лингвокультурное пространство, в котором действуют собственные алгоритмы кодирования информации. Однако линейный принцип, функционирующий в индоевропейской семиотике, нехарактерен для семио­тического пространства Китая, базовой единицей которого выступает иероглиф. Следовательно, проблема данного исследования заключается в необходимости изучения когнитивных процессов, лежащих в основе формирования иероглифических знаков. Цель исследования состоит в выявлении основных механизмов ослабления иероглифов. Теоретической базой выступают труды таких исследователей, как Ч. У. Моррис, Д. Льюиз, У. Эко, Ю. С. Степанов, С. Г. Проскурин, В. П. Васильев, Л. С. Выготский, С. Цзинь, Л. Фэн и др. На основе анализа иероглифических знаков, входящих в офици­альный список 214 ключей, были выявлены и описаны основные механизмы ослабления. В ходе анализа иероглифического материала использованы такие методы, как графем­ный анализ структурных составляющих иероглифа, семантико-комбинаторный ана­лиз, направленный на изучение значения компонентов иероглифа, а также этимологи­ческий анализ, позволяющий рассмотреть эволюцию формы иероглифов, а также изу­чить их этимологическое значение. По полученным результатам можно говорить о существовании следующих механизмов ослабления формы иероглифического знака: упрощение, усложнение и сохранение формы. Было также обнаружено, что ослабление формы написания иероглифических знаков приводит к семантическим сдвигам, осно­ванным на двух механизмах изменения значения — метафорическом и метонимиче­ском ослаблении. Значимость исследования заключается в том, что изучение меха­низмов образования иероглифических знаков помогает решать различные проблемы и возможные конфликты в сфере межкультурной коммуникации. Исследование мало­изученных когнитивных процессов, лежащих в основе формирования особого иерогли­фического кода, позволит понять глубинные принципы категоризации мира носите­лями китайского языка и культуры.

Обосновано положение о том, что необходимым условием спора об истине высту­пает не наличие носителей неидеальной логической мысли, а многообразие подходов к реконструкции логической формы условных рассуждений, предполагающее диверсифи­кацию способов решения логических задач. Актуальность исследования продиктована дискуссиями о логических чужаках — фантастических безумцах, в которых Фреге воплотил свою идею невозможности отрицать необходимый характер логических за­конов в познании истины, в контексте расширения спектра формально-логических инструментов моделирования аргументации и рассуждений. Опираясь на современные исследования условных рассуждений, на примере условного рассуждения Онегина из письма Татьяне мы показываем, что существуют разные, включая конкурирующие между собой, способы его реконструкции. В духе Фреге мы конструируем понятие ло­гических штрафников — неидеальных мыслителей нашего «домашнего круга», кото­рые вследствие ограниченных интеллектуальных ресурсов подчас довольствуются не наилучшими результатами в рассуждениях и оказываются единственными участни­ками спора об истине в силу невозможности такого спора с идеальными мыслителями или логическими чужаками. Понятие логических штрафников позволяет иллюстри­ровать положение о том, что условием возможности спора об истине являются не раз­личия во взглядах людей, а многообразие способов их обоснования.

Исследование посвящено анализу акцентной архитектоники изосиллабических произведений Феофана Прокоповича. Основной целью предпринятого анализа была проверка гипотезы о постепенном формировании силлабо-тонической системы в недрах слоговиков — гипотезы, не нашедшей поддержки в трудах многих стиховедов, которые настаивали на революционном скачке в области российской версификации, произо­шедшем благодаря выходу в свет трактата Василия Тредиаковского (1735). В исследо­вании также осуществлено сопоставление теоретических рекомендаций поэ­тики и риторики Прокоповича с его собственными версификационными поисками. Наиболее популярным в поэзии Феофана, как и виршевиков — его предшественников и совре­менников, — является тринадцатисложник, жанрово и тематически разнообраз­ный (ода, эпиграмма, надпись, стихотворения «на случай», часть цикла шутливых сти­хов), однако менее других типов слоговиков метрически упорядоченный и макси­маль­но разнообразный в расстановке акцентов, которая активно формирует «инвер­ти­рованный ритм», описанный А. П. Квятковским и наименее склонный к ритму «конс­тантно­му». Несколько менее употребительны в лирике Феофана одиннадцати­сложники (эпитафия, переложения псалмов, послание, эпиграмма, стихотворение «на случай»), редки восьмисложники, семисложники, единственным примером представлен десяти­сложник. Маргинальными оказываются «неправильные» строки в изосиллабиче­ских стихах, что наряду с увеличением количества повторяющихся акцентных схем в стихотворениях Феофана говорит о высоком развитии виршевой техники в после­петровскую эпоху.

Нормы будущей силлабо-тонической системы постепенно, медленно, но неуклонно складывались в недрах виршевой поэзии. Так, Феофановы 11-, 10- и 8-сложники демон­стрируют высокую (доходящую до степени идеальных хореических, ямбических, ана­пестических и дактилических строк) степень ритмической упорядоченности, под­держиваемой анафорическими повторами, внутренними рифмами, редкостью меж­стиховых переносов, что в совокупности сближает ритм и интонацию элегий, кан­тов и песен Прокоповича с напевным силлабо-тоническим стихом, в то время как тринадцатисложники и некоторые шутливые гетеросиллабические вирши насыщены разговорными интонациями. Результаты проведенного анализа подтверждают ре­форматорскую роль Феофана Прокоповича в области упорядочения силлабической версификации, эволюционировавшей в направлении метротоники.