2025 Выпуск №2

Каузация выступает одним из важнейших условий бытия. Причинно-следствен­ная обусловленность элементов окружающей действительности, имеющая универ­сальное значение, в различных лингвокультурах проецируется по-разному и находит свое выражение на различных уровнях языка. Проведенный сопоставительный анализ грамматических особенностей экспликации каузации в разноструктурных кабардино-черкесском, русском и английском языках позволил выявить различия в коммуника­тивном поведении людей, детерминированные типом культуры, к которому принад­лежат собеседники. Английские каузативные конструкции, культурная разработка которых является отличительной типологической особенностью английского языка, ориентируются на свободу и самостоятельность каузатора. В кабардино-черкесской лингвокульутре, в отличие от русской и английской, пермиссивное или императивное значение каузации формируется в зависимости от контекста. Носителями русского и кабардино-черкесского языков прямой императив не воспринимается как менее веж­ливый по сравнению с каузативными конструкциями позволительного содержания, как это имеет место в английской лингвокультуре. В современном интегрированном мире межкультурная адаптация является центральной и определяющей задачей. Декодиро­вание этнокультурных различий в формировании каузативных конструкций в разно­структурных языках способствует постижению уникального ментального устрой­ства носителей этих языков, а также установлению эффективной межкультурной коммуникации.

Цель исследования заключается в том, чтобы описать изменения, происходившие в графической системе немецкого языка в древневерхненемецком, средневерхненемец­ком и ранненововерхненемецком периодах, а также выявить современные тенденции графического письма в немецком языке. Ключевыми методами исследования стали сопоставительный анализ графики памятников письменности немецкого языка и ме­тод графематического анализа. Эмпирическим материалом послужили письменные памятники трех периодов истории немецкого языка, в том числе молитва Vaterun­ser («Отче наш»). Проведенный графический анализ памятников немецкой письменно­сти на примере молитвы Vaterunser позволил выявить изменения в графи­ческой си­стеме немецкого языка на протяжении трех указанных периодов его разви­тия. Пред­ставленный материал может быть использован в курсах лекций и практи­ческих за­нятий по истории немецкого языка и теоретической фонетике.

Исследуется прагматический потенциал средств экспликации тактики призыва к действию в англоязычном экологическом дискурсе. Определено место экологического дискурса в совокупном дискурсивном пространстве, представлен краткий обзор иссле­дований данного типа дискурса с позиции учета его субстанциальных языковых ха­рактеристик. На основе анализа статей англоязычного издания The Ecologist уста­навливается факт текстовой реализации тактики призыва к действию с помощью совокупности средств объективной и субъективной модальности. В качестве репре­зентантов категории объективной модальности фиксируются глаголы в форме пове­лительного и сослагательного наклонений. Основным средством субъективной модаль­ности выступает модальная лексика, представленная соответствующими глаголами, частицами, словами и словосочетаниями. Констатируется наличие в интерпрети­руемых текстах дополнительных языковых средств, способствующих усилению линг­вопрагматического потенциала англоязычного медийного экологического дискурса.

Представлено описание цветового художественного пространства, организу­емого с помощью разных по грамматической характеристике лексем с корнем рыж- в текстах русской поэзии первой трети ХХ в. Выявлено, что наименования со значени­ем ‘рыжий’ используются поэтами преимущественно в 1916 г., а наиболее широкое употребление указанных цветонаименований встречается в поэзии Э. Г. Багрицкого, И. Л. Сельвинского, В. В. Маяковского, Саши Черного и М. И. Цветаевой. Обнаружена неодинаковая частотность употребления в поэзии указанного периода разных по грамматическим особенностям номинаций с корнем рыж-. Показано, что разнообра­зие этих цветонаименований обеспечивает поэтический язык различными по грам­матической характеристике средствами, способствуя осуществлению художествен­ного замысла творца. Предложена структурно-морфологическая классификация но­минаций рыжего цвета, учитывающая количество основ. Приведен богатый материал из поэтических текстов первой трети ХХ в., иллюстрирующий пять языковых групп цветонаименований, включающих корневую морфему рыж-: 1) одноосновные простые номинации, репрезентированные разными частями речи; 2) сложные адъек­тивные формы; 3) синтаксические конструкции; 4) сравнительные конструкции и 5) образно-семантические единства нескольких языковых элементов. Полученные ре­зультаты могут быть интересны для литературоведов, исследующих творчество русских поэтов Серебряного века, а также найти применение и в практике составле­ния словарей.

В статье раскрывается символизм топоса леса в романе Н. Готорна «Алая буква». Цель ис­следования состоит в том, чтобы не только истолковать значения этого то­поса, но и показать его роль в построении трех внутренних сюжетов романа. Крат­кий обзор истории рецепции леса как символического пространства в европейской культуре поз­волил выделить четыре основных значения данного топоса: лес как мате­рия и ресурс, лес как ад, лес как рай, лес как пограничье (пространство инициации ге­роя). Предлага­емое прочтение романа «Алая буква» с позиций культурно-истори­че­ской и мифологи­ческой школ показало, что Готорн иронически переосмыслил все че­тыре интерпрета­ции топоса леса, высветив через них внутренние противоречия в истории родного региона Новая Англия: страх перед лесом как «обителью Черного человека» не помешал пуританам использовать добытую в лесу древесину для строи­тельства своего Нового Ханаана, а мечта о земном рае не остановила их от вырубки леса, представленного на страницах романа в качестве locus amoenus. Топообраз леса как пространства транс­формации раскрывается в судьбах главных героев, причем успешно проходит «лесную инициацию» только Эстер Прин, что позволяет сделать вывод об истинном отноше­нии автора к легенде о Черном человеке в лесу. Актуаль­ность исследования обусловле­на важностью обращения к классическим текстам, за­полнения существующих лакун, каковой является, в частности, поэтика простран­ства в творчестве Готорна, недо­статочно исследованная в литературоведении.

Рассматривается художественное воплощение четырех видов любви, которые К. С. Льюис подробно описал в трактате «The Four Loves» («Любовь») и в мифологиче­ском романе «Till we have faces» («Пока мы лиц не обрели»). Учитывая центральное место темы любви в романе, логично предположить, что в произведении, написанном в 1956 г., автор в художественной форме осмыслил те этико-психологические поня­тия, о которых позже будет рассуждать в трактате, изданном на основе радиобесед, проведенных Льюисом на американском радио в 1958 г. Книга «Любовь» была издана два года спустя, в 1960 г. При этом осмысление любви как сложного и многогранного явле­ния происходит уже в художественной философии исследуемого романа. В настоящей статье прослеживаются основные особенности художественного воплощения понятий дружбы, милосердия, эротической и родственной любви в романе «Пока мы лиц не об­ре­ли». Все четыре формы любви рассматриваются на уровне сюжета, построения ху­до­жественных образов главных героинь (Психеи и Оруали) и философской составля­ю­щей мифологического романа в контексте древнегреческого мифа об Амуре и Психее, ко­торый лег в основу произведения.

Каноническое название песни «Прерванный полет» с достаточной ясностью не фиксируется в рукописном или звуковом архиве Высоцкого. Это позволяет поставить вопрос о наличии в истории текста иных вариантов именования, их генезисе и тек­стологическом статусе, об источнике заглавия «Прерванный полет» и причинах его текстологического закрепления. Творческая история текста прослеживается на осно­ве сохранившихся рукописей, авторизованных машинописных списков и материалов фоноархива. В результате устанавливается, что в различные периоды истории песни автор давал ей различные названия; зафиксирован также ряд неавторских именований, среди них переводческие заглавия на французском языке. Некоторые чужие варианты Высоцкий поддерживал, используя для номинации песни во время выступлений перед публикой. Однако ни один авторский либо неавторский вариант заглавия он не зафик­сировал в качестве основного и предпочитал называть песню по первой строке: «Кто-то высмотрел плод». Именование «Прерванный полет» получило распространение и было канонизировано после смерти поэта.

В творчестве Виктора Пелевина, начиная с его ранних произведений и заканчивая последними повестями и романами, в том или ином виде присутствуют буддийские идеи, мотивы, образы. Роман 1991 г. «Омон Ра» помимо многообразных философских, культурных и литературных отсылок опирается на буддийскую философскую кон­цепцию «только-сознания», которая исходит из подлинного существования только лишь сознания и при этом из нереальности внешнего мира. Образ «Советского Космо­са» в пелевинской книге не только соединяет в себе как минимум два значения — око­лоземного или окололунного фрагмента Вселенной и советского миропорядка, но и яв­ляется метафорой психического мира, внутри которого существует всякий человек и который человек сам порождает. Герой романа «Омон Ра» оказывается не столько как космонавт, сколько как психонавт, открывающий для себя психический космос, кото­рый имеет симулятивную природу. Мир, изображенный в пелевинском тексте, много­образно иллюзорирован: он подобен детскому рисунку или театральному простран­ству и может быть охарактеризован такими определениями, как онейрический, май­вичный (от слова «майя») или сансарический. Пелевин посредством интертекстуаль­ных включений, отсылок к мифологии, кинематографу, литературе подчеркивает иллюзорную природу героев. В «Омон Ра» условным также оказывается хронотоп, су­ществующий вне привычных систем временных и пространственных координат. Ре­альность, показанная в романе, по-буддийски пустотна, то есть мотивирована субъ­ективно. Зеркальная и одновременно кольцевая композиция фиксирует бесконечное пребывание главного героя в круговом движении иллюзорного мира сансары, а откры­тый финал намечает возможное освобождение героя.

Учебно-воспитательный процесс, реализуемый в образовательных организациях МВД России, требует применения альтернативных методов, способствующих обуче­нию. В контексте данных инноваций ведущими направлениями деятельности стано­вятся развитие и совершенствование интегративных навыков у обучающихся, а так­же создание новых форм взаимодействия в рамках практических занятий. Проведен­ное теоретическое исследование направлено на решение следующих задач: анализ име­ющейся актуальной информации о междисциплинарном подходе к преподаванию блока специальных дисциплин в образовательных организациях МВД России; конкретизация понятия и целей междисциплинарности; определение подходов и концепций в междис­циплинарной педагогической деятельности; уточнение понятия и целей формирую­щего оценивания; выявление наиболее перспективного направления оценивания, способ­ствующего повышению эффективности образовательного процесса в системе образо­вательных организаций МВД России, в котором гармонично взаимодействуют и вза­имодополняют друг друга обучающиеся и преподаватели. Наравне с эмпирическим методом устного опроса применялись основные возможности методов, используемых на теоретическом уровне исследований, ведущим из которых является диалектиче­ский метод научного познания. Фокус внимания на формирующем характере рас­сматриваемого метода оценки позволил раскрыть сущность педагогического процесса по физической подготовке в части, касающейся тактико-технической подготовки сотрудников полиции.

С целью расширения поисковой базы концепций и методов исследований в сфере психологии образования произведен анализ проблем, которые существуют на пути непрерывного образования работников в сфере прокурорской деятельности. Цифровые сервисы в системе органов прокуратуры России в настоящее время недостаточно обеспечивают системную и качественную подготовку молодого кадрового состава и повышение квалификации опытных работников. Ключевые проблемы связаны с недо­статочным развитием внутриведомственного машинного обучения, удаленностью большого количества районных и специализированных прокуратур от межрегиональ­ных центров подготовки и повышения квалификации прокурорских работников и ве­домственных вузов прокуратуры, а также с отсутствием узкой специализации вузов­ских образовательных программ подготовки юристов по различным направлениям прокурорской деятельности. В качестве решения проблем представлен опыт отдела кад­ров прокуратуры г. Санкт-Петербурга в сфере разработки и внедрения цифровых сер­висов повышения квалификации на базе информационных платформ машинного обучения. Показана эффективность применения авторского алгоритма и модели под­готовки кадров в органах прокуратуры РФ. Представленный материал может быть полезен при организации повышения квалификации кадров в органах и организациях про­куратуры России, а также иных государственных органах, в функции которых входит повышение квалификации личного состава.