2021 Том 12 №2

Генезис времени трактуется авторами в духе конструктивизма в сочетании с деятельностным подходом к познанию. Базовые временны́е категории настоящего, прошлого и будущего рассматриваются как система мыследействий — элементарных единиц деятельности, — структура которой обусловлена языковым семиозисом. Мо­дель феноменологии времени Гуссерля применяется к анализу переживания субъектом собственных действий. Показано, что если переживаемое настоящее основано на со­вершаемых действиях, то прошлое и будущее конструируются рефлексивными мыс­ледействиями в когнитивной сфере языка. Подчеркивается, что организация времен­нóго ряда, связывающего то, что есть, с тем, чего уже нет или еще нет, возможна лишь в языковом семиозисе. Аналогия с гуссерлевской трехчастной структурой пото­ка сознания-времени помогает понять триаду «настоящее — прошлое — будущее» как пример эпистемологической ловушки языка: прошлое и будущее — это мысленные конструкты, так же принадлежащие настоящему, как и любые другие акты мысли.

Рассмотрен динамический процесс взаимодействия событий и нарративов. В ре­зультате взаимодействия возникают устойчивые связки «событие — нарратив», ко­то­рые оказывают влияние на формирование и трансформацию социально-куль­турных про­цессов, протекающих в обществе. Связки подобного типа становятся основой норма­тивно-ценностной системы социума. Сформированный корпус связок «событие-нар­ратив» создает поведенческие паттерны, служит мотиватором участ­ников социума, поводом для поступков и инициатором событий-террасок, неизбежно наступающих в результате реакции отклика такого корпуса на события в действи­тель­ности. Возни­кающие связки «событие — нарратив — поступок» представляют собой систему с управляемой обратной связью. В зависимости от изменения факто­ров возникновения и протекания событий такая система может как усиливать, так и уменьшать ре­зультат и последствия наступления событий. В этих системах собы­тие выполняет функцию триггера, запускающего социально-культурные процессы и создающего соци­альную реальность.

Проанализировано влияние цифровых технологий на способы повествования. Со­здавая новые информационные потоки персонализированных историй с открытыми сюжетными линиями в пространстве виртуальной медиасреды, автор разделяет про­цесс создания истории с другими участниками цифрового мира. Под влиянием гипер­текстовой системы перекрестных ссылок трансформируются способы взаимодей­ствия автора и аудитории, а каждый участник данного процесса выступает не толь­ко сотворцом, но и соавтором множества повествований. Сами же нарративы, транс­лирующие персонализированное оценочное (часто псевдоэкспертное) мнение в публич­ное пространство, приобретают всё бóльшую эмоциональную окраску в ущерб содер­жанию. Бесконечно увеличивая информационный поток и погружая всех его участни­ков в интерактивный мир эмоциональных коллективных метанарративов собранных из осколочных фрагментов индивидуальных историй, пользователи формируют еди­ный цифровой контент. Маркируя свои рассказы, они соотносят их с большими те­матическими кластерами однородной информации, включают свой индивидуальный опыт в единое пространство коллективного повествования. Находясь в процессе по­стоянного сотворчества, пользователи конструируют свой виртуальный мир, напол­няя его микронарративными историями коллективного творчества, в последующем самостоятельно живущими в цифровом пространстве. Таким образом, искусственно созданная виртуальная информационная среда постоянно умножается за счет воспро­изводства гипертекстуальных историй всеми участниками сторителлинга и в ре­зультате начинает воспроизводить сама себя.

Автор продолжает рассматривать механизмы представления себя как другого и другого — как себя. В данной связи описываются нетривиальные особенности семан­тики имени собственного. На материале анализа контекстов ненадлежащего упо­требления имени в ситуации самозванства, описанных в трагедии Пушкина «Борис Годунов», анализируются семиотические механизмы преобразования и присвоения идентичности. Показано, что интуиция Пушкина позволила ему увидеть те пробле­мы, которые возникли в аналитической философии имени второй половины ХХ века. Пушкин последовательно создает контексты, в которых проверяются условия прием­лемости или неприемлемости отклоняющихся употреблений. Эти особенности, с одной стороны, позволяют предложить дополнительное, логико-семантическое изме­рение для интерпретации «Бориса Годунова», а с другой — существенно уточняют имеющиеся теории имени собственного, показывая их возможные нетривиальные, а в некоторых случаях проблематичные следствия. В то же время логико-семантический анализ позволяет выявить механизмы самозванства и коммуникативные условия для его успешности.

Предоставление переводчику пространства для разъяснения принятых ключевых переводческих решений — отнюдь не широко распространенная практика, a скорее привилегия, которую получают лишь немногие переведенные тексты, в том числе философские. Сложность передачи философского дискурса на другой язык признают все, однако она до сих пор недостаточно изучена. В данной статье перевод философ­ского текста рассматривается как процесс передачи знания из одного интеллектуаль­ного пространства в другое и создания нового знания в ходе реконцептуализации тер­минов. Этот процесс становится частично наблюдаемым в тех случаях, когда пере­водчику предоставляют площадку для экспликации принятых в ходе перевода решений в сопровождающих текст перевода комментариях и примечаниях, которые составля­ют особый массив дополнительной информации, получивший название «переводческий перитекст». В процессе перевода философских текстов особые сложности возникают при передаче терминов, которые автор иногда либо создает заново, либо присваивает новые значения уже существующим словам и выражениям. От переводчика требуется переосмысление таких терминов, что позволяет рассматривать перевод как эври­стический процесс. В настоящей статье внимание сосредоточено на том, как разре­шается возможный в таких случаях когнитивный диссонанс и как переводчик обосно­вывает свое переводческое решение, направленное на передачу смыслов при работе с такими ключевыми концептами, как «connoisseur», «grace», «sublime», и «je ne sçai quoi» в фундаментальном труде по философской эстетике «Анализ красоты» из­вестного английского художника XVIII века Уильяма Хогарта.

Стремительное развитие понятийного аппарата современной социологии приво­дит к появлению большого числа неологических терминов. В настоящее время в науч­ном языке российской социологии наблюдается активная экспансия иноязычной тер­минологии и создание переводных терминов, отражающих изменения в англоязычной социальной картине мира. Однако нехватка качественной переводной литературы и отсутствие внутриязыковой и межъязыковой унификации новых терминов негатив­но сказываются на взаимопонимании представителей разноязычных научных школ. Целью данного исследования является анализ современных английских социологических терминов и переводных заимствований в русском языке с точки зрения их формы и концептуального содержания в двух языках, степени их закрепленности в научном тезаурусе разноязычных социологических школ и возможности адекватной передачи терминологического значения с английского языка на русский. Социологический тер­мин рассматривается как когнитивный, лингвистический и культурный феномен, анализируется его синхроническая и диахроническая вариативность. Предпринята попытка осветить проблему с сугубо лингвистической и переводческой точек зрения и указать на необходимость объединить усилия по систематизации и гармонизации англоязычной и русскоязычной терминологий социологии.