Слово.ру: Балтийский акцент

Текущий выпуск

Назад к списку Скачать статью Download an article

«Нам стоять почти что рядом...»: Пушкин как персональный миф русского авангарда

Pushkin as a personal myth of the Russian avantgarde

Аннотация

Анализируются стратегии культурного освоения и присвоения личности и творчества А. С. Пушкина русским авангардом. Отношение авангарда к Пушкину рассматривается как оригинальный вариант культурной апофатики, когда утвер­ждение объекта рефлексии вырастает из его последовательного отрицания. Факто­графия русского авангарда свидетельствует о том, что уже на этапе возникновения данная художественная система выстраивает собственный «миф о Пушкине», в ко­тором поэту отводится роль одновременно и объекта культурного преодоления, и своеобразной «точки отсчета» для развития нового искусства. Через отрицание аван­гард стремится «остранить» Пушкина, показать чуждость поэта классическим культурным моделям, а сделав Пушкина «своим», использует его символический ка­питал для собственного закрепления в литературном поле. Отдельно рассматривает­ся вопрос о месте и роли «пушкинского субстрата» в поэзии и теоретических трак­татах А. Крученых. Пушкин, мыслимый как объект поэтического преодоления, как полюс притяжения-отталкивания, становится для Крученых эталоном, относи­тельно которого концептуализируется рождение новой литературы. Развивая тео­рию сдвига, Крученых рассматривает Пушкина как «звукового поэта»; подобная ана­литическая позиция дает возможность перейти от развенчания Пушкина как «глухо­го певца» к авангардистской апологии Пушкина как гения, работающего со звуковой фактурой стиха на границах заумного творчества. Как показывает Крученых, сдвиг становится у Пушкина мощным семантическим генератором стиха, благодаря кото­рому ошибка оказывается «правилом нарушения правил», семантическая девиация приобретает статус неологизма, а сам сдвиг переходит в область продуктивных по­этических техник.

Abstract

This article analyses strategies for cultural appropriation and the appropriation of Push­kin’s personality and oeuvre by the Russian avant-garde. The treatment of Pushkin by the avant-garde is considered as a peculiar variant of cultural apophaticism when the object of reflection is asserted through its consistent negation. The factography of the Russian avant-garde proves that, from its earliest stages the creative system has been constructing its own Pushkin myth, within which the poet has the role of both an object of cultural overcoming and the reference point for the development of a new art. Through negation, the avant-garde strives to ‘discharge’ Pushkin and to show his strangeness to classical cultural models. By making the poet its own, the avant-garde uses him to secure its position in the literary field. Another focus of the article is the place and role of the Pushkin substrate in the poetry and theoretical treatises of Aleksei Kruchyonykh. In his works Pushkin is an object of poetical overcoming and a pole of attraction-repulsion. He is a touchstone, a reference point for the conceptualisation of a new literature. In developing his theory of the shift, Kruchyonykh views Pushkin as a ‘sound-poet’. That analytical position made it possible to move from dis­missing him as ‘a deaf singer’ to the avant-gardist glorification of Pushkin as a genius who worked with the sound texture of the poem. Kruchyonykh demonstrates that for Pushkin the shift is a powerful semantic generator of poetry, a tool that makes an error ‘the rule of break­ing rules’: semantic deviations turn into neologisms, whereas the shift itself enters the realm of productive poetic techniques.

Список литературы

Григорьев В. П. Грамматика идиостиля. В. Хлебников. М., 1983.

Жолковский А. К. Сбросить или бросить? // Новое лит. обозрение. 2009. № 2. URL: https://magazines.gorky.media/nlo/2009/2/sbrosit-ili-brosit.html (дата об­ра­щения: 15.01.2020).

Крученых А. К истории русского футуризма: Воспоминания и документы. М., 2006.

Крученых А. Сдвигология русского стиха. Трахтат обижальный (трахтат обижальный и поучальный). М., 1922.

Крученых А. Стихотворения, поэмы, романы, опера. СПб., 2001.

Крученых А. 500 новых острот и каламбуров Пушкина. М., 1924.

Липавский Л. Разговоры // Логос. 1993. № 4. С. 7—75.

Лифшиц Б. Полутораглазый стрелец // Лифшиц Б. Полутораглазый стре­лец: Стихотворения. Переводы. Воспоминания. М., 1989. С. 309—546.

Молок Ю. А. Пушкин в 1937 году. Материалы и исследования по иконогра­фии. М., 2000. URL: https://document.wikireading.ru/34033 (дата обращения: 15.01.2020).

Русский футуризм: Теория. Практика. Критика. Воспоминания. М., 1999.

Рылева А. Игра в аду. О сравнительном изучении рисунков А. Пушкина к его незавершенному замыслу «Влюбленный бес» и К. Малевича ко второму из­данию поэмы А. Крученых и В. Хлебникова «Игра в аду» (некоторые соображе­ния к постановке проблемы) // Клаузура: Литературно-публицистический просветительский журнал. URL: https://klauzura.ru/2019/01/igra-v-adu/ (дата обращения: 15.01.2020).

Терентьев И. 17 ерундовых орудий. Тифлис, 1919.

Хлебников : pro et contra : в 2 т. М., 2017. Т. 1.

Цвигун Т. В. «Искусство ошибки» в русском авангардизме // Вестник Бал­тийского федерального университета им. И. Канта. Сер.: Филология, педагоги­ка, психология. 2011. № 8. С. 155—158.



Reference

Grigoryev, V. P., 1983. Grammatika idiostilya. V. Khlebnikov [The grammar of idio­style. V. Khlebnikov]. Moscow (in Russ.).

Zholkovsky, A. K., 2009. Discard or quit? Novoe literaturnoe obozrenie [New litera­ry review], 2. Available at: https://magazines.gorky.media/nlo/2009/2/sbrosit-ili- brosit. html [Accessed 15 January 2020] (in Russ.).

Kruchenykh, A., 2006. K istorii russkogo futurizma: Vospominaniya i dokumenty [To­wards the History of Russian Futurism: Memoirs and Documents]. Moscow (in Russ.).

Kruchenykh, A., 1922. Sdvigologiya russkogo stikha. Traktat obizhal'nyi (traktat obi­zhal'nyi i pouchal'nyi) [The shift of the Russian verse. The treatise is insulting (the treatise is insulting and instructive)]. Moscow (in Russ.).

Kruchenykh, A., 2001. Stikhotvoreniya, poemy, romany, opera [Poetry, poems, novels, opera]. St. Petersburg (in Russ.).

Kruchenykh, A., 1924. 500 novykh ostrot i kalamburov Pushkina [500 new witticisms and puns of Pushkin]. Moscow (in Russ.).

Lipavsky, L., 1993. Conversations. Logos, 4, pp. 7—75 (in Russ.).

Lifshits, B., 1989. Half-eyed Sagittarius. In: B. Lifshits, ed. Polutoraglazyi strelets: Stikhotvoreniya. Perevody. Vospominaniya [Half-eyed Sagittarius: Poems. Translations. Memories]. Moscow. pp. 309—546 (in Russ.).

Molok, Y. A., 2000. Pushkin v 1937 godu. Materialy i issledovaniya po ikonografii [Push­kin in 1937. Materials and research on iconography]. Moscow. Available at: https://document.wikireading.ru/34033 [Accessed 15 January 2020] (in Russ.).

Terekhina, V. N. and Zimenkov, A. P., eds., 1999. Russkii futurizm: Teoriya. Prakti­ka. Kritika. Vospominaniya [Russian Futurism: Theory. Practice. Criticism. Memories]. Moscow (in Russ.).

Ryleva, A., 2019. Game in hell. On a comparative study of the drawings by A. Push­kin to his unfinished plan “The Devil in Love” and K. Malevich to the second edition of the poem by A. Kruchenykh and V. Khlebnikov “The Game in Hell” (some con­siderations on the problem statement). Klauzura: Literaturno-publitsisticheskii prosvet­itel'skii zhurnal [Clausura: Literary Journalism Enlightenment Magazine]. Available at: https://klauzura.ru/2019/01/igra-v-adu/ [Accessed 15 January 2020] (in Russ.).

Terentyev, I., 1919. 17 nonsense guns [17 erundovykh orudii]. Tiflis (in Russ.).

Tsvigun, T. V., 2011. “The Art of Mistake” in Russian Avant-Garde. IKBFU's Vestnik. Ser. Philology, pedagogy, and psychology, 8, pp. 155—158 (in Russ.).