2022 Том 14 №2

Рассматривается проблема появления и постепенного развития неэкспансионистских типов стратегической культуры в Польше. Цель исследования — выявить особенности неэкспансионистских типов стратегической культуры в Польше для более объективного анализа современной внешней политики и политики безопасности этого государства. На первом этапе работы авторы раскрывают особенности появления и использования концепта «стратегическая культура», предлагают собственный вариант типологии стратегических культур, основанный на работе «культурного реалиста» А. Джонсона. Затем авторы используют качественный метод отслеживания (трассировки) процесса для того, чтобы выявить контуры последовательности событий и идейных конструктов, которые обусловили появление или деградацию соответствующих типов стратегической культуры. Показано, как на основе стратегической культуры нейтралитета под влиянием внешнего воздействия и переосмысления идей республиканизма в Польше сформировалась стратегическая культура политической фортификации (форпоста). Данные типы стратегической культуры берут истоки в идее этического превосходства польского государства, хотя детализация этого превосходства применительно к конкретным ситуациям может заметно различаться. В то же время в современных польских реалиях пока не возникло ни одного типа стратегической культуры аккомодации, что может стать одним из направлений дальнейшего развития стратегической культуры Польши.

This article examines how non-expansionist types of strategic culture emerged and gradually developed in Poland. The study aims to identify the features of non-expansionist types of Polish strategic culture for a more objective analysis of the country's modern foreign and security policy. The article begins by describing the emergence and use of the concept of strategic culture, offering a typology of strategic cultures based on the work of the 'cultural realist' Alastair Johnston. Then it employs a qualitative method of process tracing to outline the sequence of events and the ideological constructs that led to the emergence or degradation of the corresponding types of strategic culture. The strategic culture of neutrality, exposed to external influences and revised republicanism ideas, is shown to have laid the foundation for a strategic culture of political fortification (or an outpost) in Poland. This strategic culture has its origins in the idea of the ethical superiority of the Polish state, although the details of this superiority may differ dramatically in specific situations. At the same time, none of the types of the accommodation culture has yet emerged in Poland, albeit accommodation seems to be a promising lead for the further development of the country’s strategic culture.

В 2016 году по инициативе лидеров Польши и Хорватии была запущена «Инициатива трех морей», призванная сократить отставание стран Юго-Восточной, Центральной и Восточной Европы от Западной. Цель данного исследования — выявить, как изменялась немецкая политика в отношении «Инициативы трех морей» (ИТМ), а также какие риски или возможности это представляет для России. Для достижения поставленной цели в статье был рассмотрен ряд вопросов. На основании официальных данных об «Инициативе трех морей» были сделаны выводы о специфике данной концепции и влиянии наиболее перспективных проектов на рынок стран Юго-Восточной, Центральной и Восточной Европы. На базе анализа материалов немецких аналитических центров и Министерства иностранных дел ФРГ было показано, как менялось отношение Германии к «Инициативе». В заключение были сделаны выводы, что для реализации всех амбициозных целей ИТМ у стран-участниц нет достаточного финансирования, однако даже часть наиболее перспективных проектов может снизить роль России на энергетическом рынке ЕС. С 2018 года ФРГ начинает расширять свое участие в «Инициативе». В данном случае усиление интереса Берлина к концепции не должно восприниматься критически — немецкое участие может смягчить антироссийскую направленность ИТМ, более того, особого внимания заслуживают идеи представителей Свободной демократической партии Германии рассмотреть возможность совместного с Россией проекта по производству водорода в рамках «Инициативы трех морей».

The Three Seas Initiative was launched in 2016 by the Polish and Croatian leaders to bridge the gap between Southeast, Central and Eastern Europe, on the one hand, and Western Europe, on the other. This article aims to show how German policy on the Three Seas Initiative has changed and what risks and opportunities it represents for Russia. The official data on the Three Seas Initiative was used to explore the specifics of the concept and the impact of its most promising projects on the Southeast, Central and Eastern European markets. The analysis of materials from German think tanks and the Ministry of Foreign Affairs was used to demonstrate the changes in Germany’s attitude towards the Initiative. Although the participating countries have not received sufficient funding to fulfil all the ambitious goals of the Three Seas Initiative, some of its most promising projects could still diminish Russian role in the EU energy market. Since 2018, the Federal Republic of Germany has increased its participation in the Initiative, yet Berlin’s growing focus on the concept should not be perceived critically since German participation could mitigate anti-Russian sentiment underlying the Three Seas Initiative. Moreover, ideas voiced by the members of the German Free Democratic Party, namely those concerning a joint hydrogen project with Russia to be run as a part of the Three Seas Initiative, deserve special attention.